К берегу алмазов

kolesnyiyparohod2

Совершая свою знаменательную «кругосветку» по морям и океанам из Петербурга на Дальний восток и обратно через Сибирь, русский классик И.А. Гончаров проехал на лошадях суровой зимой 1854 года от Якутска до Иркутска. Большая часть пути проходила по льду Лены, мимо редких сел и деревень.

«Смотрители здесь есть не везде. Из них один находится на Мухтуйской станции» — пишет в книге «Фрегат «Паллада» автор, гостивший в Мухтуе всего четверть часа, в течение которого извозчики переменяли лошадей и экипаж.

Писатель успел подметить, что смотритель станции облачен в фирменный сюртук «рюмкой», что он учтив и элегантен, аккуратно причесан, а «Мухтуй здесь называют Парижем, потому что крестьяне (из ссыльных) ходят в пальто и танцуют кадриль».

Сменив у охотских берегов палубу корабля на конское седло и телегу, писатель отправляется в Якутск, планируя затем поехать по Лене. Его поразили просторы якутского края, горные перевалы и широкие долины, леса, озера и реки, многообразие флоры и фауны. Огорчало лишь то, что далекий край этот «пустынен, с редкими оазисами жизни в виде Якутска, Олекмы, да Киренска». Но Гончаров был уверен, что вслед за первыми русскими поселенцами сюда придут другие и тогда «пустыня превратится в жилые места… некогда темный, неизведанный край предстанет перед изумленным человечеством населенным и просвещенным».

kolesnyiyparohod1

Долгие десятилетия глубинное таежное село Мухтуя оставалось заурядным поселением на большой, но все еще малонаселенной реке. А к лету 1956 года в селе по разным данным, насчитывалось около двух тысяч жителей. Почти каждая семья содержала птицу и домашних животных. Как в большинстве сибирских сел, здесь были леспромхоз и промкомбинат, участок по обжигу извести и цех по изготовлению кирпичей, колхоз.

Началом же кардинальных перемен в тихой жизни мухтуйцев стало поселение здесь геологов Амакинской экспедиции, обосновавших в Мухтуе свою базу. Располагалась тут и транспортно-складская база треста «Золототранс». Весь мир уже знал об открытии ряда крупных месторождений алмазов в этих краях, а в Приказе Министерства цветной металлургии СССР от 25 августа 1956 года первым пунктом было указано: «Возложить на Мухтуйскую транспортно-складскую базу строительство всех производственных, складских и жилищно-коммунальных объектов, портовых сооружений на территории поселка Мухтуя, в том числе дороги Мухтуя — алмазное месторождение «трубка Мир»». В приказе предписывалось передать в последующем всю инфраструктуру алмазодобытчикам.

Сведения о россыпных и коренных месторождениях алмазов побуждали руководителей Минцветмета и правительство страны активизировать работу по скорейшему освоению природных богатств, каковыми являлись эти ценные минералы. Алмазы относились к разряду стратегического сырья, имеющего большое значение в развитии технического прогресса. Желая притормозить его в СССР, США и их союзники по НАТО запретили участникам мирового рынка продавать алмазы Советскому Союзу.

Простой расчет наших экспертов подсказывал, что самыми близкими к обжитой части Иркутской области и к водной магистрали, каковой является Лена, расположены трубка «Мир» и алмазоносные россыпи у реки Ирелях. Ставилась задача, как можно быстрей пробиться через болотистую тайгу к этому месторождению, доставить туда технику и людей, необходимое обогатительное оборудование и материалы, чтобы затем приступить к промышленной добыче редких минералов.

По берегу Иреляха и на трубке «Мир» детальную разведку недр уже вели геологоразведчики Амакинской экспедиции, основавшие здесь жилой поселок. Параллельно исследованиям они также занимались добычей алмазов и за лето 1956 года экспедиция извлекла их на своем далеко не совершенном оборудовании столько, сколько, например, добывали все алмазодобывающие драги и установки «Уралалмаза» за пять лет. Документально еще не был образован трест «Якуталмаз», а на мирнинское алмазное месторождение люди  уже ехали. Кто в одиночку, кто семьей. Добравшись до Мухтуи, они перелетали в Мирный, а точнее в поселок Новый, на двукрылых «Антошках». Этот поселок, основанный также геологами, находился на берегу реки Малая Ботуобия. «Антошки» летом садились тут на песчано-гравийную косу, а зимой – на лед реки. Сюда, начинающийся от Мухтуи, существовал некий лесной пролаз, по которому время от времени шоферы и трактористы геологоразведочных партий провозили на своих вездеходах по таежным точкам различные грузы. Правдой и неправдой, с авиаторами и механизаторами в Мирный «просачивались сквозь таежный кордон» люди непоседливого характера, романтики и те, кто целенаправленно ехал сюда, чтобы что-то новое алмазное строить, чтобы потом вспоминать, что он тоже приложил к этому руку.

В июне 1956 года в Мирном побывала специальная комиссия Министерства цветной металлургии СССР во главе с одним из ведущих специалистов этой отрасли  К.В. Воробьевым. Ознакомившись с обстановкой и обстоятельствами, созданными тоже геологами, комиссия пришла к выводу, что весной можно поставить у Иреляха обогатительную фабрику и начать промышленную добычу алмазов. Прознавшие об этом решении, люди еще с большей настойчивостью устремились в Мирный, который еще не был обозначен ни на одной общедоступной карте. Но здесь уже открылась первая школа – однокомплектная, на 28 учеников, занимавшихся в тесной комнатушке бревенчатой избы. Пришла сюда и почта, связавшая Мирный с Большой землей. Открылась она мартовским днем все того же 1956 года. Но расположилась она в соседнем поселке Новый, в тридцати верстах от «Мира». Почтовое оборудование, несгораемый сейф и прочие принадлежности связистов перевез по таежному пролазу на вездеходе ГАЗ-63 П.П. Запольскис – первый начальник отделения связи на алмазной земле.

Еще быстрей развивались события в Мухтуе.

Переживавшее до того некое оживление только в летнюю навигацию, с открытием пассажирской линии, село на глазах превращалось в потревоженный муравейник: на маленький аэродром чаще стали прилетать самолеты, активизировались строители, осуществляя задачи, обозначенные приказом из Москвы. Вилюйская геологоразведочная экспедиция завезла на мухтуйскую площадку четыре комплекта сборных брусовых домов и часть стройматериалов. Из-под топоров плотников поднимались новые складские помещения Мухтйской транспортно-складской базы и дома. В министерстве планировалось превратить это подразделение в перевалочную базу, площади которой можно было бы использовать как геологам, так и будущим алмазодобытчикам. 25 августа 1956 года приказом №134, изданным руководством «Главзолото» всесоюзного треста «Золототранс», стройплощадка таежного села официально обретает статус «Мухтуйская транспортно-складская база», а ее начальником назначается Григорий Федорович Гришин.

К той поре в штате нового предприятия насчитывается всего 12 человек и … никакой погрузочно-разгрузочной техники. Между тем из Усть-Кута вот-вот должны отправиться суда с грузами  для Мирного. Как принять с воды не одну сотню тонн тяжелых металлоконструкций, пиломатериалов, технику и горюче-смазочные материалы, если у тебя нет ни только оборудованного причала, но и ни одного подъемного крана? Да и живой силы в наличии – лишь дюжина человек, а нужны десятки сильных, умелых рук.

Гришин обратился за помощью в Ленский райком КПСС. Его руководство, и без того озабоченное этими же вопросами, без проволочки откликнулось на обращение снабженцев, оперативно мобилизовав людей и предписав организациям выделить для Гришина сколько можно тракторов и автомобилей. Договорился райком и с усть-кутскими портовиками, чтобы они прислали в Мухтую плавучий подъемный кран.

lenskiy-rechnoy-port-60-70gg

Предстояло «переработать с воды» ни много ни мало, а 3022 тонны груза, который был так необходим пионерам алмазной целины, перезимовавшим в обыкновенных брезентовых палатках при 62-градусных морозах.

22 сентября 1956 года из Осетрово в Мухтую речные буксиры привели две первые грузовые баржи. Поскольку уровень воды в реке позволял эту операцию осуществить, буксиры подтолкали баржи к самой кромке берега и «заякорили» их. Плотники наскоро сколотили из бревен и толстых плах сходни, соединив тем самым палубы барж с берегом, и людской конвейер заработал.

Весь подручный груз рабочим пришлось переносить к месту складирования на своих плечах. Тяжелые упаковки и связки стаскивались на землю машиной или трактором. Если позволяли условия, то в работу вступал плавкран. Речники поторапливали – наступали осенние заморозки и судоводителям надо было своевременно, до ледостава одолеть обратный путь домой длиной почти в одну тысячу километров. Разгружали даже ночами. Не зная передышки, круглыми сутками работал и немногочисленный персонал мухтуйской транспортно-складской базы, принимая груз, сортируя его и размещая по партиям на необустроенном берегу.

Речники отмечали в тот год столетие со дня начала судоходства на Лене, связанное век назад как с притоком новой волны переселенцев из различных областей России к берегам Лены, так и с образованием знаменитых золотоносных Ленских приисков. Речники быстро освоили полноводную дорогу, связавшую Прибайкалье с морями Северного ледовитого океана и со столицей Якутии. Воды реки стали бороздить большие и малые суда.

teplohod

Понимая, что на берегу новоиспеченные докеры буквально падают от усталости, матросы и шкиперы барж добровольно шли к ним в помощники. Речники ведь знали, для кого и для чего предназначались привезенные ими продукты питания, кровати и палатки. Среди Ленского населения только и было разговоров, что о новых открытиях геологов на северах. Но особенно часто они велись среди речников, усматривающих в этом как увеличение грузооборота на флоте, так и возрастание возможностей по заработкам.

Немаловажным считалось и повышение престижа своей профессии. Вот если их предки были в особом почете, когда над их краем зарождался «золотой рассвет от Ленских приисков», то теперь перед ними начинала сверкать… «заря алмазная». Начиналась новая эпоха! Время блестящих возможностей стать причастными к историческим событиям, разворачивающимся не так уж и далеко, у трубки «Мир». Именно туда к алмазному берегу Иреляха из Мухтуи должны быть доставлены стройматериалы, металл круглый и листовой, да к тому же на тех автомобилях, которые они речники, привезли сюда. А это машины повышенной проходимости ГАЗ-63 и ЗиЛ-151, грузовики ЗиЛ-164 и МАЗ-200. Как только мороз наведет ледяные мосты на таежных озерах и реках, так они выйдут в рейс.

И вот 28 ноября 1956 года — 60 лет назад! —  водители Владимир Богус, Александр Воеводин, Николай Плахов и Павел Федулов сели в кабины новеньких грузовиков и выехали малоизведанным путем, двинулись, вооружившись бензопилами  и топорами.

Трое суток ломали они тайгу, пробираясь через снежные заносы и заросли  кустарника, подминая под себя лесной тонкомер и расширяя вручную узкие проезды. И как героев их встретили в палаточном Мирном, на таежном алмазном островке.

А в декабре, по спрямленному зимнику, протяженностью 240 километров из Мухтуи сюда пришла большая колонна грузовиков.

Ревокат Козьмин

Фото из архива автора

Комментирование на данный момент запрещено, но Вы можете оставить ссылку на Ваш сайт.

Комментарии закрыты.